FAQ: Что полезного для России вы сделали, работая чиновником?

Меня часто спрашивают, что конкретно полезного я сделал для России, работая в правительственных структурах в 1997-2002 годах.

Хотя мне за 6 лет работы на российское правительство удалось сделать довольно многое, остановлюсь на нескольких конкретных примерах моих действий, которые, как я убежден, принесли серьезную пользу России. Несмотря на то, что должности, которые я занимал в то время, были вовсе не ключевыми, даже там мне удавалось «пробивать» необходимые решения, которые в итоге принесли стране положительный эффект.

1. Замораживание тарифов естественных монополий после дефолта 1998 г.

В начале сентября 1998 г., когда в стране случился всплеск инфляции, крупнейшие монополисты – РАО ЕЭС, МПС, «Газпром» - начали оказывать давление на правительство с целью добиться автоматической индексации своих тарифов в соответствии с раскручивавшейся инфляционной спиралью. Виктор Черномырдин, занимавший пост и.о. премьера после отставки кабинета Кириенко, активно их в этом поддерживал – в Федеральную энергетическую комиссию, где я в то время работал, приходили указания из аппарата Белого дома «подготовить обоснования убытков естественных монополий» от предыдущего периода сдерживания тарифов в 1997-1998 гг. Готовили почву для взрывного повышения тарифов.

Председатель Федеральной энергетической комиссии (ФЭК) Андрей Задернюк и я, который тогда работал его помощником, сыграли ключевую роль в блокировании этих инициатив. Более того, мы же подготовили проект текста соглашения между естественными монополиями и их регуляторами, закрепившего обязательства не повышать тарифы до конца 1998 года – несмотря на то, что, как можно прочитать по ссылке, тогдашний глава «Газпрома» рем Вяхирев (да и глава РАО ЕЭС Анатолий Чубайс) выступали резко против.

То соглашение о замораживании тарифов сыграло важную роль в торможении инфляции и содействии началу промышленного роста. Позже оно получило развитие в ряде постановлений правительства, тексты которых готовил я и которые позволили сдержать рост тарифов. Тарифы на электроэнергию и газ в 1998-2000 годах росли существенно ниже инфляции, что внесло важный вклад в быстрый выход экономики из кризиса.

Надо сказать, что уже в то время, ровно по этим причинам, у меня стали складываться конфликтные отношения с «Газпромом» и другими монополистами – за решимость сдерживать необоснованный рост расходов и тарифов монополий они меня не особенно любили.

К сожалению, после того как мой бывший руководитель Андрей Задернюк, а вслед за ним и я, покинули Федеральную энергетическую комиссию (Задернюка уволил своим указом Путин в феврале 2001 года), рост тарифов на электроэнергию и газ стремительно ускорился и начал опережать инфляцию.

2. Законодательные основы работы единой электроэнергетической системы России

Мне принадлежит концептуальное авторство Федерального закона от 26 марта 2003 г. №35-ФЗ «Об электроэнергетике», впервые установившего правовые основы работы отечественной электроэнергетики в рыночной экономике. В то время как сторонники либеральных реформ и возврата к советской системе управления в электроэнергетике спорили между собой о реформе, никому и в голову не приходило языком законодательных норм описать такие вещи, как правовой статус единой национальной электрической сети, общенациональную систему оперативно-диспетчерского управления в электроэнергетике.

Нигде до принятия этого закона, например, не была зафиксирована обязанность электроэнергетических компаний выполнять команды диспетчеров – надежность функционирования системы держалась «на честном слове». Все эти нормы предложил включить в закон я – в первом проекте, который был мной написан еще в 2001 году.

В итоге, российская электроэнергетика получила наконец законодательные основы для своей работы, которых у нее не было с начала 1990-х годов.

3. Концепция реформы «Газпрома»

В 2000 году, еще работая в Федеральной энергетической комиссии, я написал первый проект реформы российской газовой монополии, которая, будучи реализованной, могла бы предотвратить множественные негативные последствия существования «Газпрома» как неэффективного монополиста, создать полноценную конкуренцию в газовой отрасли и не допустить резкого роста цен на газ, с которым россияне столкнулись в последние годы.

В 2002 году, уже будучи замминистром, я написал новую, более продвинутую версию концепции, которая понравилась министру экономики Грефу и премьеру Касьянову – они несколько раз пытались вынести концепцию на утверждение российского правительства. Однако каждый раз против был лично президент Путин, идущий на поводу у своего любимчика – «Газпрома».

Собственно, я ушел из правительства в значительной степени из-за того, что написанная мной концепция реформы «Газпрома» не имела шансов на реализацию из-за жесткой позиции Путина.

До сих пор написанная мной в 2002 году концепция реформирования "Газпрома" остается единственной серьезной попыткой построить на месте неэффективного монстра-монополиста прозрачный конкурентный рынок газа, работающий на основе передовых принципов.

Для понимания: если бы та концепция была реализована, средние цены на газ на конкурентном российском рынке, по нашим расчетам, стабилизировались бы на уровне 60-80 долларов за 1000 кубометров. Сейчас они существенно выше 100 долларов за 1000 кубометров и продолжают расти, толкая вверх цены на электричество и коммуналку и находясь на более высоком уровне, чем цены газа для потребителей США! Вот вам цена одной несделанной реформы.

4. Поддержка независимых производителей газа

Важным направлением моей работы была поддержка независимых от «Газпрома» производителей газа, которым, в отличие от «Газпрома», снижавшего объемы газодобычи, в 1999-2006 годах удалось увеличить объемы добычи газа вдвое, с менее 50 до более 100 миллиардов кубометров в год.

Однако независимые производители газа традиционно сталкивались с проблемами по части доступа к газотранспортной системе «Газпрома», который препятствовал допуску конкурентов в свою трубу. Я и мои коллеги очень много усилий посвятили вопросам обеспечения справедливого и недискриминационного доступа независимых производителей газа к газпромовской трубе. В частности, мне принадлежит авторство постановления правительства России от 3 мая 2001 г. №334 «Об обеспечении недискриминационного доступа к газотранспортным системам», существенно облегчившего независимым прозиводителям газа работу с "Газпромом" по части доступа к его газопроводам.

Уверен, что рост добычи газа независимыми российскими производителями не в последнюю очередь связан с результатами наших усилий.

5. Борьба за повышение эффективности управления государственным имуществом

Когда я работал заместителем министра энергетики, мне в числе прочих вопросов было поручено управление государственной собственностью. В отличие от моих предшественников, курировавших эту сферу, я сразу начал пытаться навести здесь порядок, добиваясь прозрачности управления госсобственностью и повышения доходов от нее в бюджет страны. Я активно отстаивал идеи прозрачной аукционной приватизации госимущества, в частности, входил в совет директоров "Компании проектной приватизации", которая в 2002 году разместила на Лондонской бирже 5,9% принадлежащих государству акций "Лукойла" (эта сделка принесла в бюджет страны почти 800 млн. долларов).

Это было нелегко – с деталями вы, например, можете ознакомиться здесь. Собственно, эта сфера также стала почвой для многочисленных конфликтов с различными группами интересов, использовавших объекты госсобственности в своих целях.

6. Защита окружающей среды

В ходе своей работы чиновником, равно как и после ухода с госслужбы, я уделял традиционно большое внимание вопросам экологии – что совершенно нетипично для представителей энергетической сферы, где распространено пренебрежение экологическими проблемами.

В 2002 и 2004-2006 годах я решительно выступал против строительства нефтепроводов непосредственно вблизи берега Байкала, которые продвигали сначала ЮКОС, потом Транснефть. Писал докладные премьеру, министру энергетики, экономическому министру Грефу о недопустимости строительства нефтепроводов в водосборной зоне Байкала. В том числе и по итогам таких записок, и вот этого доклада, который включал в себя крупный экологический раздел, думаю, у руководства страны созрело политическое решение нефтепровод от Байкала отодвинуть - я думаю, здесь сыграли роль как протесты общественности, так и наши внутриаппаратные действия.

В 2004 году я руководил разработкой версии законопроекта о недрах, разрабатывавшейся под эгидой Германа Грефа, жестко выступая за экологизацию недропользовательского законодательства. Многие экологи, думаю, помнят совещания, которые я специально для них организовывал в Минэкономразвития и Центре стратегических разработок - вот Евгений Шварц из WWF Россия, думаю, вспомнит. Коллеги из Greenpeace Россия Игорь Бабанин и Владимир Чупров должны помнить наши дискуссии по поводу доклада Greenpeace "Сокращение потребления природного газа и перспективы электроэнергетики: «атомный» и «парогазовый» сценарии", который я горячо поддерживал (речь в докладе шла о необходимости замещения угля и атомной энергии природным газом).

Я постоянно выступал с публичными протестами против экологически опасных промышленных проектов, против строительства атомных электростанций, против строительства газопровода через заповедное горноалтайское плато Укок, в защиту Киотского протокола, будучи остро критикуемым за это со стороны индустриальных лоббистов.

* * * * *

В целом, убежден, результаты моей работы чиновником оставили свой положительный след. Я никогда не брал взяток, никогда не использовал свое служебное положение в личных целях, всегда боролся за справедливость, за прозрачные конкурентные рынки, за интересы потребителей энергоресурсов - россиян, за благоприятную окружающую среду.

Мне есть чем гордиться по итогам моей профессиональной деятельности на госслужбе.

FAQ: Какова судьба Института энергетической политики?

Институт энергетической политики начал функционировать в 2003 г. и за 5 лет своего существования превратился в ведущий независимый экономический центр по проблемам энергетики и энергетической политики - например, в 2005-2006 годах, согласно опросам агентства "Медиалогия", Институт входил в десятку наиболее часто упоминаемых в СМИ независимых аналитических центров в области экономики, будучи при этом первым собственно в энергетической области.

Определенное сворачивание деятельности Института произошло в 2008 году, в связи с моим активным вхождением в политическую деятельность. Резкий рост политических рисков работы с Институтом для наших клиентов (приведший к потере ряда контрактов) и недостаток моего личного времени на обеспечение полноценной работы Института привели меня к выводу о том, что такое решение на данном этапе - оптимальное. Содержание Института обходилось мне, как единственному владельцу Института, не менее чем в 200-300 тысяч долларов в год (включая все предусмотренные законодательством налоги, которые мы исправно платили). Сегодня, когда я решил сосредоточиться на политической деятельности, такие расходы мне ни к чему. Я принял меры для трудоустройства бывших сотрудников и сократил масштаб деятельности Института. Многие из бывших сотрудников Института позже сделали успешную карьеру в различных энергетических и финансовых компаниях.

Нужно еще отметить и тот факт, что продолжающийся в последние годы процесс огосударствления российского энергетического сектора и в целом, если можно так выразиться, деинтеллектуализации российской государственной политики до предела сузил поле для экспертной и интеллектуальной активности в энергетической сфере (и не только) - если несколько лет назад наши клиенты интересовались перспективами стратегических решений и реформ в энергетической области, то сегодня поле для консалтинга в основном сводится к вопросам о том, "какую правильную дверь необходимо открыть в "Газпроме", чтобы решить свои вполне приземленные и практические проблемы.

Тем не менее, Институт продолжает существовать как юридическое лицо и вести коммерческую деятельность в определенном объеме.

FAQ: Каковы ваши источники доходов?

Во-первых, я живу относительно скромно, без роскоши. У меня в собственности 2-х комнатная квартира в обычном спальном районе Москвы (Ясенево), которую я купил в 2001 году. Последний свой автомобиль я продал в 2008 году, после того как активно занялся политической деятельностью. Так что задача обеспечить меня и мою семью финансированием - не самая неподъемная в мире.

Во-вторых, после ухода из Министерства энергетики я возглавил Институт энергетической политики, который за 5 лет своего существования превратился в ведущий независимый экономический центр по проблемам энергетики и энергетической политики - например, в 2005-2006 годах, согласно опросам агентства "Медиалогия", Институт входил в десятку наиболее часто упоминаемых в СМИ независимых аналитических центров в области экономики, будучи при этом первым собственно в энергетической области. Мне удалось создать лучший в России консалтинговый центр по проблемам энергетики, который приносил неплохие доходы. В лучшие годы бюджет Института составлял под миллион долларов (в среднем более 500 тысяч долларов в год), при этом портфель клиентов всегда был диверсифицированным, и ни один из клиентов не вносил вклада в доходы Института более чем в 20-25%.

Клиентами Института были российские государственные органы, крупные российские и международные энергетические компании, банки, российские и международные исследовательские учреждения, международные финансовые институты.

Несмотря на существенное сворачивание деятельности Института в 2008 году, я продолжаю оказывать консультационные услуги заинтересованным частным бизнесменам, работающим в сфере энергетики, так как в этой области продолжаю оставаться одним из крупнейших экспертов в нашей стране. Конечно, после начала занятий политикой мои доходы существенно упали - безусловно, политическая деятельность является убыточной. Но мне хватает. Все расходы на участие в политической деятельности я оплачиваю из собственного кармана. Декларации в налоговую службу сдаю ежегодно.

Про мой сайт

Коллеги, мойт сайт переехал на адрес http://www.milov.org/. Я планирую постепенно отказываться от ведения собственного сайта, информацию обо мне и ссылки на мои интернет-ресурсы можно будет найти на моей страничке на сайте "Демвыбора".

Некоторые материалы личного плана из раздела FAQ размещу здесь.

ЖЖ глючит, поэтому скопирую сюда:

Про вчерашние дебаты по православию

Пару слов по итогам вчерашних дебатов о роли православия в обществе (будет полное видео, сможете сами посмотреть).

Чем я доволен. Во-первых, наш клуб дебатов реально превращается в очень мощную интеллектуальную площадку. Мы задали высокую планку дебатами по 282 статье, вчера интеллектуальный уровень дискуссии был также очень высок. Помимо дебатеров, были отличные эксперты - Анна Данилова и Владимир Назаров. Приятно, что такие интересные люди приходят к нам на дебаты. Вообще, должен сказать, православные интеллектуалы производят намного более приятное впечатление, чем агрессивные антиклерикалы-хипстеры. Светским политикам надо думать над своим имиджем активнее, он сейчас во многом "не фонтан", прежде всего благодаря агрессивной и часто бессодержательной антицерковной истерике.

Во-вторых, радует высокий интерес, в зале был аншлаг, несколько видеокамер. То ли еще будет. В-третьих, самый, на мой взгляд, главный итог этих дебатов - мы смогли поговорить о православии в такой непростой момент истории спокойно, рассудительно, цивилизованно. Это, честно говоря, я видел главной нашей задачей. Я рад, что многие люди убедились, что именно "Демвыбор" может быть такой площадкой для цивилизованного диалога между религиозными и светскими людьми. Это особенно радует с учетом того, что, судя по результатам голосования (хотя там много людей не голосовало, в том числе я), перевес в пользу противников экспансии православия в зале был примерно 2 к 1.

Мы намерены и дальше развивать такой формат цивилизованной дискуссии на острые темы общественной жизни, включая религию.

В-четвертых, на меня хорошее впечатление произвел Чаплин. Несмотря на то, что я не согласен с подавляющим большинством его тезисов и аргументов, он умело работает с аудиторией, его риторика последовательна и логична. Сильный политик.

Что не понравилось. Прежде всего, аргументация и запал светской части аудитории - включая главного "светского" дебатера Дмитрия Лурье - не впечатлил. Дмитрий вообще практически не атаковал своего оппонента, из-за чего дебаты так и не получились полноценными дебатами, а остались просто дискуссией. Аргументы изобиловали громоздкими и ненужными экскурсами в историю XIX и XX веков, пафосом каким-то, апелляциями к Конституции, при этом никто не сказал простую вещь: свобода совести - дорога с двусторонним движением, хотите чтобы уважали ваши верования и чувства - уважайте наши. Про новый закон об образовании, который Дума рассмотрит в первом чтении во вторник и где появилась специальная статья о религиозном образовании (зачем она там нужна???), сказал только я, задавая вопрос дебатерам. Про широкое наступление церкви на общество в виде массовой передачи ей имущества, про светский характер образования и т.п. в целом объемного разговора не получилось.

Полчаса потратили на Пусси Райот, куда же без них, хотя это не тема серьезная, конечно - это чистая провокация, содержательно обсуждать ее бессмысленно, на мой взгляд. Тут ушли в "ближний бой" на тему того, кого и как можно оскорблять, а кого нельзя, и так далее - увы.

Коллеги, нам, светским политическим силам, нужно вырабатывать более четкую платформу, обращенную к верующим - чтобы они уважали и нашу позицию, а не только продвигали свою. Пока мы коллективно этого не добились, многие из вас повторяют все штампы какие-то. Нужно работать над этим - вот с этим ощущением я ушел вчера с дебатов.

Но в целом мне понравилось, приятное впечатление осталось от разговора. Продолжим формат - обещаю, следующие дебаты будут тоже крутые.

Большое спасибо всем, кто работал над организацией - Толе Чуманскому, Александру Шведову, Володе Горбаню, Ольге Падериной, извините если кого забыл))

Desperate political idiocy

This posting is in English, because I want my American friends to read it directly, and get the message.

Time and time again, during discussions on the political situation in the modern-day Russia, I have been asked the same question by my American and Western colleagues: what can the West do to help bring about democratic change in Russia?

My answer is always very simple: I strongly warn against direct interference in Russian domestic political affairs. We, the Russian opposition, had enough of being labeled “American spies”, which we are obviously not – we’re firm patriots of Russia, and it is our job, and nobody else’s, to move Russia towards true democratic changes, away from authoritarianism. Every time a Republican or Democratic U.S. administration makes a statement on political situation in Russia, that basically brings the responsible Russian opposition politicians lots of headache, as once again Putin’s propaganda receives a powerful reason to draw a false link between Russian domestic political opposition activities and American interests.

However, there’s clearly one issue where the West had been indeed very helpful during the past years: support of the remains of Russian independent media, somehow surviving despite Putin’s brutal onslaught of the recent decade.

One of the examples of such independent media definitely was the Moscow bureau of Radio Liberty. Built for over 20 years of joint work, and equipped with outstanding professionals like Mikhail Sokolov, Anna Kachkaeva and others, who without doubt can be named one of the truly best Russian journalists, Radio Liberty Russian team for years had served as one of the few remaining media sources which had provided exceptionally fair coverage of Russian political life, always offering objective coverage and commentary, and providing politicians from different camps with equal opportunities to speak out their ideas and debate. By this, Radio Liberty had proved exceptional even by the Russian independent media standards – their competitors, like the famous Ekho Moskvy radio station, in my personal opinion, can not qualify as similarly objective and unbiased in their coverage of the Russian politics as Radio Liberty was.

A lot of Russian politicians representing different political forces may confirm that Radio Liberty Moscow bureau did an extraordinarily great job in keeping the flame of Russian independent political journalism alive.

However, this was all completely destroyed in one week. Now that the exceptionally professional Moscow bureau of Radio Liberty is virtually fully dissolved, best professionals had left the radio station. All this have happened without any direct interference by Putin’s regime – American bureaucrats from Radio Liberty central headquarters, along with the newly appointed director of Radio Liberty Russia, Masha Gessen, did the job for Putin. Now, there’s virtually nothing left of what just a few weeks ago was one of the best and most professional among the few remaining independent media teams in Russia.

I do not want to discuss in detail what exactly have caused this, and who’s guilty.

There’s only one thing which is fully clear: whoever have caused this situation to occur with his deliberate or unconscious actions, is an absolute, hopeless moron. Or morons, plural.

The dissolution and destruction of the now former Radio Liberty Moscow team will cause tremendous harm to the political media freedom in Russia, the extent of which is yet difficult to evaluate.

I totally exclude that the new Radio Liberty Russia director, Masha Gessen, will have the ability to rebuild something even remotely reminiscent of the recently brutally dissolved and destroyed Radio Liberty Moscow bureau, even in years. Ms. Gessen, in my opinion, completely lacks the necessary professional skill and qualities required for that task, and 20+ years of a brilliant journalist team build-up can not be repeated easily.

It’s all too sad.

And here’s to my American friends who possibly intend to continue asking me questions about “what can they do” to help Russia’s democratic transition: stop asking. I’ve told you for years and years: Support Radio Liberty. Support Radio Liberty. Support Radio Liberty. Don’t hang about much with your costly and questionably effective “human rights support programs”. Do just that. Support Radio Liberty. That’s very simple, easy, and really worth the effort.

You’ve completely ignored and disregarded the wise piece of advice.

So don’t ask anymore. You’ve seemingly done all you could so far, demonstrating instead a stunning example of desperate political idiocy. Thanks for making Putin’s life easier, and ours much harder.

Сбербанк, гудбай

Сегодня принял окончательное решение полностью отказаться от услуг конторы под названием Сбербанк.

Я долгое время этими услугами пользовался по причине развитости их розничной сети - много отделений, много банкоматов, вроде удобно. В последнее время они терминальную сеть стали развивать, Сбербанк Онлайн появился, вроде все не так плохо.

Но есть вещи, мягко говоря, посерьезнее. Вот уже третий раз за последние несколько месяцев с ними происходит такая история: повторно списываются с карты средства за уже проведенную и оплаченную транзакцию. Т.е. вы что-то купили, оплатили, деньги с карты списались, все ОК, а потом вам вдруг начинают приходить смски о том, что такая же сумма списывается второй раз.

Обычно такая история происходит при покупке авиабилетов через интернет. В первый раз - в декабре - мне после такой истории вернули деньги уже к вечеру того же дня. Во второй было сложнее: пришлось писать заявление на спорную транзакцию, денег обратно ждал 5 месяцев. Каждый раз речь шла о "зависших" 2-3 тысячах долларов. Не маленькие средства.

Сейчас такая же история - почти 2 тысячи долларов за авиабилеты списались повторно.

И вот тут начинается футбол. Если до прихода Грефа в Сбербанк можно было позвонить по телефону горячей линии для держателей карт Сбербанка, и с тобой относительно по-человечески бы разобрались во всей ситуации и проблему решили, то сейчас ситуация с этой телефонной линией стала просто ужасной. Там сидят ничего не понимающие операционистки, которые сначала вытянут из тебя огромное (резко выросшее за последние годы) количество информации по твоей карточке, а потом говорят: мы вас сейчас переключим на специалиста. 90% шансов, что "специалист", на которого тебя переключат, - на самом деле такой же ничего не понимающий операционист, который несколько минут тебя помучает, вытягивая из тебя все данные по карте, а потом скажет: "хорошо, я вас сейчас переключу на специалиста, он сможет вам помочь". На возмущенный вопрос "Вы что, издеваетесь?", невозмутимым голосом робота отвечают: "Мы не можем вам помочь, это может специалист, мы вас сейчас на него переключим". Вопрос, а на хрена тогда я вам перечислял все свои данные уже в который раз подряд, висит в воздухе.

90% шансов, что следующий "специалист" также окажется неспособен что-либо прояснить.

Если окажется способен, 90% шансов, что он скажет вам: идите в отделение Сбербанка и пишите заявление о спорной транзакции.

Если вдруг он признает проблему (были несколько случаев, когда говорили - да, у нас есть такая проблема, многие нам жалуются на аналогичные проблемы) и пообещает, что средства скоро вернутся на счет - 99% шансов, что он соврал, вам ничего не вернется, и потом вы не сможете найти концов - следующие операторы вам будут говорить, что это не они вам такое обещали и они знать ничего не знают. Высший пилотаж - вам предложат по телефону быстро заполнить экспресс-заявление какое-то там, по которому позже другие операторы отвечают: да мы не знаем кто вам там какое заявление заполнял, это был не я.

Система имени Грефа, как я это называю.

В итоге практически 100% шансов, что вам придется тащиться в отделение Сбербанка и физически заполнять там заявление о спорной транзакции (на фига тогда телефонная "горячая линия"?). Но и тут не без проблем: несколько раз меня по таким вопросам пытались направить на телефонную "горячую линию", утверждая, что "мы в отделении такие вопросы не решаем", и только настойчивость могла заставить их принять заявление.

Итог: у вас пропадают большие деньги с карточки по вине банка, и вы ничего не можете с этим сделать, а сотрудники банка на вас так смотрят, как будто они вообще здесь ни при чем. Добиться какой-то помощи от них по этому вопросу невозможно.

Я бы не стал все это в интернете писать, но это уже какие-то невозможные масштабы приобрело. Честно говоря, никому не посоветую после этого Сбербанк. Я уж не знаю, что является источником проблем - закупленное ими новое программное обеспечение, которое постоянно сбоит и с которым они не умеют обращаться, идиотские инструкции, которые полностью лишают клиента возможности добиться ответа от работников банка на свои вопросы, или еще что.

Но факты таковы: при Грефе Сбербанк хотя и куда-то продвинулся технологически, тем не менее, совершенно потерял client friendliness и стал систематически генерить неприемлемые сбои, доставляющие мне как клиенту огромные неудобства.

Я прекращаю пользоваться услугами этого банка. И вам советую.

P.S. Продолжение №1: серия "приятных" минут в поездке за границу, когда, обычно после полуночи по московскому времени (после травоядных 22.00 по центральноевропейскому), прерывается связь со Сбербанком и по карте в течение пары часов невозможно расплатиться, а также снять деньги в банкомате. Дозваниваться на "горячую линию", чтобы заплатить за 30-минутный разговор и узнать, что проблему решат через несколько часов, бессмысленно: потеряешь кучу денег на роуминге и ничего нового не узнаешь. Зато если в кармане нет наличных, а надо, скажем, расплатиться в ресторане (период после 22.00 - самое, надо сказать, подходящее время для этого), чувствуешь себя мудаком на все 146%.

P.P.S. Продолжение №2, уже совсем трешовое: вице-президентом Сбербанка по введению Универсальной электронной карты (УЭК) назначен... бывший белодомовский чиновник Алексей Попов, о котором я неоднократно писал - это тот самый чувак, который полностью завалил проекты автоматизации Федерального казначейства и внедрения в России "электронного правительства".

Туши свет сливай воду.